Меню разделов
Запишитесь на консультацию к врачу дерматоонкологу
Заполните и отправьте форму, мы в кратчайшие сроки сообщим вам возможное время приема.
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных.
Истории пациентов

Доктора тоже болеют

Доктора тоже болеют…
 
Петрушина Ирина Ивановна, врач-педиатр (г.Рязань)

- Ирина Ивановна, перед тем как начать с Вами говорить о проблемах, с которыми Вы обратились в «Клинику кожи», хотелось бы обсудить Ваш собственный путь в медицине.

- У меня большой стаж. В 1979 году окончила Куйбышевский медицинский институт. Сейчас этот приволжский город носит название «Самара». С тех пор работаю врачом-педиатром. Мой муж – военный врач, хирург. Как и практически все семьи военнослужащих, мы много ездили по стране. Его переводили на новое место службы, и я за ним переезжала. Везде была востребована как врач-педиатр. Сейчас мы живём в Рязани.

- Сейчас Вы продолжаете свою профессиональную деятельность?

- Я продолжаю работать, но сейчас не задействована в лечении пациентов, а выступаю в качестве врача-эксперта. Я – сотрудник медико-педагогической комиссии, которая помогает определить образовательный путь, образовательную траекторию детей с нарушениями здоровья. Именно наша комиссия по желанию родителей и самих детей предоставляет направления в специальные школы, если в этом есть потребность. 

Это могут быть школы для детей с нарушением зрения, слуха, опорно-двигательного аппарата, ментальными проблемами. Также возможно обучение школьников с особыми потребностями в массовых школах по месту жительства. Это называется – «инклюзия». В каждом случае во взаимодействии с родителями стараемся подобрать наилучшее решение для конкретного ребёнка, чтобы он мог и учиться успешно, и получать необходимую медицинскую помощь, психологическую поддержку (в том числе в стенах школы).

По роду своей работы у меня обширные контакты с самыми разными школами в Рязани и Рязанской области.

- Вы работаете только с детьми-инвалидами?

- Мы работаем со всеми детьми с серьёзными проблемами со здоровьем, предполагающими особые условия, особые программы обучения и т.д. Среди моих пациентов и дошкольники, которым необходимо подобрать подходящую школу, и дети старшего возраста, которым по каким-либо причинам потребовался перевод в специальное учебное заведение.

- Ирина Ивановна, если Вы не возражаете, давайте теперь перейдём к Вашим собственным проблемам со здоровьем.

- Доктора тоже болеют… Тоже волнуются за своё здоровье. Тоже порой допускают ошибки, затягивая обращение к врачу. И это приводит к печальным последствиям!

На мой взгляд, единственное отличие, которое имеется у медиков, если сравнивать их с представителями других профессий: внутреннее спокойствие, которое приходит после многих лет работы в медицине.

- Что Вы имеете в виду?

- Мне каждый день приходится иметь дело с болезнями, болью, человеческими трагедиями. Это относится и к другим докторам… Поэтому когда сама оказалась в трудной ситуации, то могу принимать её более мужественно, спокойно. Волнение, конечно, было и есть, но оно не «застилает» разум.

- Когда у Вас начались проблемы с кожей?

- Я заметила небольшое новообразование на носу в 2017 году. Месяц сказать сейчас не могу, не помню… Но оно меня практически не беспокоило.

- Когда Вы обратились к врачу-дерматологу?

- В марте 2019 года. Точно не помню, что именно он мне сказал. Но, во всяком случае, он меня успокоил. Мол, ничего страшного у меня нет. Надо использовать мазь – и всё будет нормально!

- Как всё получилось на самом деле?

- На самом деле я стала замечать, что на фоне использования мази ситуация ухудшилась. Это новообразование стало всё больше меня беспокоить.

- Как дальше развивались события?

- Ровно через год, в марте 2020 года, я вновь обратилась к врачу-дерматологу. Это был уже другой специалист. Он направил меня в Областной онкологический диспансер.

В диспансер я попала не сразу, были какие-то дела… В итоге, в июле 2020 года меня принял дерматоонколог. Была сделана биопсия. Мне поставили диагноз: базалиома.

Встал вопрос: каким образом избавляться от базалиомы? Рязанский дерматоонколог посоветовал провести криодеструкцию.

- Вы воспользовались этим советом?

- Я решила подумать, всё взвесить, узнать о различных методах лечения. В конце концов, я – врач! Стала читать медицинские публикации в Интернете. В итоге, у меня сложилось впечатление, что самым лучшим решением в моём случае станет хирургическое удаление опухоли. А наиболее продвинутый, современный, инновационный хирургический метод – Мohs.

Также после изучения материалов Интернета я поняла, что кандидат медицинских наук Дмитрий Николаевич Кушкин, руководитель «Клиники кожи», является ведущим специалистом по Моhs. Поэтому решила обратиться именно в «Клинику кожи».

- Почему Вы решили не делать криодеструкцию?

- После длительного изучения материалов в Интернете я пришла к выводу, что криодеструкция, в целом, неплохой метод. Но проблема заключается в сравнительно высоком количестве рецидивов. В этом смысле Моhs – это самый безопасный, самый надёжный метод, который есть на сегодняшний день.

- Когда Вы обратились в «Клинику кожи»?

- В сентябре 2020 года.

- Если я Вас правильно понял, ещё до обращения в клинику у Вас сложилось впечатление, что Вам необходима операция по технологии Моhs?

- Да. Я решила, что это было бы самое правильное в моей ситуации. Но, конечно, хотелось сначала лично встретиться с Дмитрием Николаевичем, узнать его мнение.

Эта встреча состоялась. И Дмитрий Николаевич подтвердил мои предварительные выводы. Он рекомендовал провести операцию. 

Операция состоялась уже в сентябре 2020 года, буквально через неделю после моего первого визита в клинику. Кстати, кроме очага на носу, был ещё один очаг, над губой. Но он был совсем небольшой. Операция включала в себя оба очага.

- Расскажите, пожалуйста, как проходила операция?
- Для меня не было никаких неожиданностей. О ходе операции, о технологии Mohs я была подробно проинформирована. С другой стороны, некоторые вещи невозможно заранее прогнозировать. Например, очаг может быть больше, чем изначально предполагалось. Хирургу приходится убирать больше тканей, операция длится дольше.

Но самое главное, что Моhs гарантирует, что все раковые клетки удаляются. И пациент после этого может жить спокойно. Ради этого люди и приходят в «Клинику кожи»!

У меня операция началась около десяти часов утра, а завершилась она ближе к восьми вечера. Было три этапа. После каждого этапа проводится гистологический анализ клеток. Таким образом, и хирург, и пациент могут убедиться, что всю «гадость» убрали из организма. Раковых клеток больше не осталось!

Когда операция завершилась, у меня было ощущение победы! Всё хорошо! Всё позади! И, конечно, я испытывала огромную благодарность ко всем сотрудникам клиники, которые мне помогли, которые были рядом!

После окончания операции мне не нужно было тем же вечером уезжать домой в Рязань. Ночь я провела в клинике. Утром мне сделали перевязку. Потом я ещё ездила на перевязки. Муж меня возил из Рязани и обратно на машине.

- Как у Вас проходил восстановительный период?

- Всё прошло нормально. Не могу сказать ничего особенного. Уже через две-три недели после операции я жила нормальной жизнью.

- Эстетический результат Вас устроил?

- Рубец видно на лице, если присмотреться. Но он совсем небольшой. Меня всё устраивает! Кстати, мне рассказывали, что возможно провести «шлифование» рубца, полностью его убрать… Откровенно говоря, такой потребности у меня нет. Я – не фотомодель, не актриса. Моя внешность меня вполне устраивает. После операции внешность в худшую сторону не изменилась. Это главное!

Самое важное – другое. После операции, как известно, остаётся открытая рана. Её закрывают лоскутом собственной кожи. У кого-то рана больше, у кого-то – меньше. Разумеется, важно, чтобы лоскут прижился, чтобы сформировалась сосудистая сеть. 

- Как всё проходило у Вас?
- У меня этот процесс занял 4-5 дней. В течение этого времени было тяжело сморкаться. Были неприятные ощущения в носу. А потом – всё нормально! Я использовала специальный пластырь, мази… В общем, обычный, стандартный восстановительный период без каких-либо осложнений.

- Ирина Ивановна, позвольте задать Вам деликатный вопрос. Базалиома – тяжёлый диагноз. Как Вы справлялись с психологическим напряжением? Как преодолевали страхи, беспокойство, волнение?

- В начале нашей беседы я упомянула о том, что, на мой взгляд, врачу легче спокойнее относиться к собственным болезням. Даже самым тяжёлым, коварным, опасным!

Мы – такие же люди, как и все остальные. Также волнуемся, нервничаем, переживаем. Порой какие-то ошибки допускаем, в том числе в отношение собственного здоровья… Но профессия всё-таки накладывает свой отпечаток. Эта профессия учит мужеству, спокойствию, рассудительности.

Теперь отвечу конкретно на Ваш вопрос. На мой взгляд, самое главное – ДОВЕРИЕ врача к пациенту. Это помогает преодолеть и страх, и волнение, и беспокойство. Если пациент доверяет врачу, если он осознаёт, что находится в надёжных руках, то всё идёт по плану.

Если же доверия нет, то могут быть самые печальные последствия. Некоторые пациенты, вообще, отказываются от лечения. А при онкологических заболеваниях это может быть смертельно опасно!

Мне помогло и то обстоятельство, что как врач я могла без особых проблем анализировать информацию в Интернете, находить необходимые публикации… Но сегодня и у людей без медицинского образования есть такая возможность! Если пациент серьёзно относится к собственному здоровью, то он обязательно найдёт и врача, и клинику, заслуживающих доверия.